Персональный сайт - мошенники-2
Воскресенье, 20.05.2018
Мой сайт

На главную

На предыдущую страницу

 

      Телетайны Норкина – это скандалезная хроника закулисных склок и бесчисленных интриг телевизионных шоуменов и их хозяев-миллиардеров. Все эти алчные пауки в банке, долголетние компаньоны Норкина, изображают себя на телеэкранах поборниками демократии и свободы слова, а на деле, как откровенничает цинично матерый журналюга, у них своя потайная «правда» о телевещании: «Какая свобода слова? Бабло! Всё делается ради денег. Это – бизнес! Причем тут «свобода слова»?». (Цитата со страницы 577 исповеди Норкина).

      Сперва молоденький Норкин еще в советские времена, окончив журфак МГУ, устроился радиодиктором в спорткомплексе Лужники на тамошней радиокричалке. Потом более трех лет обслуживал поочередно четверку московских музыкально-развлекательных радиостанций. Их попса звучала аполитично. Вместе с тем Норкин отмечает: «Однако это не означает, что политики не было в моей жизни». Среди тогдашних политических катаклизмов он упоминает «расстрел Белого дома».

      Общеизвестно, что 4 октября 1993 года кремлевские ельцинисты подвергли бронетанковому обстрелу и армейскому штурму в центре Москвы резиденцию российского парламента – Дом Советов («Белый дом»). Сожгли его наполовину, убили не менее шести сотен штатских и безоружных приверженцев парламента. Избили зверски плененных депутатов парламента, включая и меня, автора этих строк. Заточили руководителей парламентского сопротивления в тюрьму госбезопасности Лефортово. Запретили все неугодные путчистам газеты, радиостанции, телестудии. Объявили на две недели в столице карательную чрезвычайку.

      Современник и очевидец расстрельного госпереворота – журналист Норкин – уделяет тому побоищу в его 800-страничной летописи всего лишь четыре безличностные строчки:

      «События октября 1993 года, связанные с расстрелом Белого дома, сегодня все чаще называют первым реальным нарушением демократических норм, допущенным самой «демократической» властью».

      Как же называл тогда, а не сегодня, ту преступную «антидемократичность» незапрещенный кремлевскими путчистами радиожурналист Андрей Норкин? Или хотя бы молча тогда как размышлял? Возмущался безмолвно или гласно? Одобрял ельцинистов? Либо было ему на все наплевать? Об этом у него в мемуарах ни единого слова. Зато множество слов о журналистском «бабле».

      В 1996 году Норкин удачливо стал сотрудником созданного миллиардером Владимиром Гусинским телеканала НТВ. И там обильно обогатился баблом. Норкин приглянулся олигарху и посему ежемесячно, возликовал счастливчик, «я получал сумасшедшие по тем временам деньги – две тысячи долларов!».

      В добавок к «окладу до заоблачных высот» Норкина властелин НТВ преподнес весьма усердному наймиту «конверт с суммой, эквивалентной зарплате за пару месяцев» и спонсировал Норкина «беспроцентным кредитом на приобретение новой квартиры». А дальше зарплата Норкина «росла тем быстрее, чем громче и активнее» он угождал телемагнату.

      Под диктовку Гусинского телепропагандисты НТВ всячески чернили недобитых в 1993 году оппозиционеров кремлевского самодержца Ельцина, прославляли его и свору его царедворцев, шельмовали олигархических конкурентов Гусинского, нахваливали его мафиозного подельника – московского мэра Ю.М. Лужкова. И это выдавалось пафосно за отважное свободолюбие демократической прессы. За что медиамагнат вознаграждал большим баблом.

      Норкин служил преданно Гусинскому в общей сложности десяток лет. За эти годы они общались не только сугубо по-деловому, но и по-семейному и зачастую по-ресторанному с выпивкой и деликатесной закуской. Гусинский называл Норкина «Андрюхой», а у Норкина кличка шефа была «Гусь». До сих пор Норкин очарован былым патроном:

      «Гусинский перевернул мою жизнь. Человек, ради которого мы были готовы на многое. Человек, который так много сделала для меня. Не могу избавиться от ощущения странной мучительной привязанности к этому человеку. Я скучаю по этому человеку!».

      Сегодняшний Норкин – как бы суррогат теперешнего гражданина Израиля мультимиллионера Гусинского. Который до распада СССР отнюдь не был в Москве толстосумом. В те времена Гусинский  скромно числился театральным постановщиком третьего сорта. Вынужденно подрабатывал извозом на своей автотачке. Перепродавал сигареты, бижутерию, антиквариат. Был заядлым картежником и шулером. Дважды привлекался к уголовной ответственности за невозврат денежного долга на 10 тысяч рублей двум еврейским сородичам.

      В перестроечном 1989 году Гусинский заодно с американской фирмой «Арнольд и Портер» учредил совместное предприятие – многоотраслевую фирму «Мост» и одноименный банк при административно-хозяйственной поддержке влиятельного зампреда Мосгорисполкома и бизнесмена Юрия Лужкова. Еще одним попечителем нувориша Гусинского оказался советский Комитет госбезопасности. И это не что-то очень неожиданное. Для меня.

      В середине 90-х годов я познакомился с бывшим первым заместителем председателя КГБ генералом армии Филипом Денисовичем Бобковым. С ним я повстречался в служебном кабинете моего друга и председателя Мандатной комиссии Госдумы, дважды Героя СССР космонавта Виталия Ивановича Севостьянова. Его визитеру Бобкову я был благодарен за то, что семью годами ранее он уберег меня от подконтрольных ему тогда тюремных психушек. Туда заточали будто бы «антисоветчиков». Хотя подобным я вовсе не был, но разгневал члена Политбюро ЦК КПСС и министра иностранных дел Шеварднадзе, который санкционировал совместно с США вывод советских войск из Афганистана и предательски бросил там в плену у местных моджахедов несколько сотен наших солдат. Наперекор тому я инициировал общественное движение за спасение отверженных Кремлем военнопленных. За это меня вышибли со службы, сделали безработным, «невыездным» и рекомендовали контрразведке госбезопасности упрятать в психушку. К счастью, в те дни «перестройки» ведомство главного контрразведчика Бобкова начало освобождать «инакомыслящих» узников психушкек.

      Моя афганская история была известна Севостьянову и он отметил её полублагополучный исход рюмкой водки каждому из нас. Генерал Бобков обменялся со мной номерами домашних телефонов. Он сказал, что демобилизовался из КГБ в 1991 году и отныне возглавляет частное аналитическое управление безопасности холдинга «Мост» олигарха Гусинского.

      Вслед за тем я познакомился также с прошлым подчиненным генерала Бобкова – экс-офицером контрразведки КГБ Борисом Васильевичем Писаревым. Разговор с ним получился столь информативным, что я записал услышанное в свой старый дневник. Вот что сообщил мне Писарев:

      - Хорошо помню молодого Вову Гусинского. Был он тогда тощим, юрким, вертелся часто вокруг меня. Он был агентом-осведомителем 5-ого идеологического Управления КГБ по борьбе с диссидентами. Гусинский информировал КГБ об антисоветских настроениях и деятельности еврейской общественности в Москве. Сам он был мелким дельцом, создавал какой-то кооператив.

      - С ведома, - спросил я, - тогдашнего начальника 5-ого Управления генерала Бобкова?

      - Конечно. Вместе с тем Бобков и глава КГБ Андропов боролись с еврейским диссидентством с осторожкой, даже примиренчески. Зато диссидентов-русофилов преследовали беспощадно, расправлялись с ними безжалостно. Мне опротивела верхушка КГБ. В 1986 году я уволился из КГБ и вышел из КПСС.

      - Почему бы теперь не опубликовать всё о Гусинском в КГБ? Никакого государственного ущерба России не нанесете.

      - Надо обдумать. А вы примите участие?

      - Согласен.

      Однако вскоре нас опередили. 3 марта 1999 года официальный печатный орган законодательного Федерального Собрания «Парламентская газета» опубликовала о Гусинском разоблачающую статью «Скалолаз бизнеса». Автор статьи – замглавреда газеты Владимир Климов – оповестил о том, что Гусинский стал супербогатеем благодаря его обширным связям с мафиозным криминалом и его давней агентурной обслугой КГБ. Сенсационную новость прокомментировала газета «Коммерсант»: «Гусинский сотрудничал с КГБ «по еврейской линии».

      Обозленный олигарх нанял самого дорогостоящего адвоката столицы Генри Резника для судебной тяжбы с «Парламентской газетой». Знаменитый стряпчий принялся отрицать, впрочем, только связи его подзащитного с мафиозниками. Ибо опровергнуть смычку Гусинского с КГБ было невозможно заведомо. Еще в феврале 1995 года главный редактор американского популярного журнала «Нью-Йоркер» Дэвид Ремник напечатал свое московское интервью с миллиардером Владимиром Гусинским:

      «Мне хотелось выяснить у Гусинского чем оправдано появление среди его высших сотрудников таких, как генерал КГБ Бобков. Я спросил: каковы практически его связи с КГБ и наследниками этой спецслужбы? Гусинский улыбнулся: «Мои связи с КГБ подобны связям любой американской корпорации с ЦРУ». Гусинский сказал, что примерно 20 его служащих – бывшие чины КГБ».

      Гусинский слегка приврал. Солидная американская газета «Уолл стрит джорнэл Юроуп» 22 июня 1994 года насчитала в группе контрразведки холдинга Гусинского «Мост» 60 ветеранов КГБ.

      Подстать разбогатевшему сексоту был и его ведущий ставленник на телевидении – генеральный директор, главный редактор, главный телевещатель НТВ Евгений Кисилев. Он же непосредственный начальник Андрея Норкина. А до телекарьеры Кисилева он был на протяжении пяти лет преподавателем в Высшей школе КГБ. Более того, был добровольно завербованным агентом-осведомителем КГБ под конспиративной кличкой «Алексеев».

      Агентурное секретное досье Кисилева разгласил его бывший сослуживиц – экс-майор КГБ А.В. Коржаков, превращенный потом российским президентом Ельциным в своего персонального телохранителя в чине генерал-лейтенанта. Коржаков возненавидел Кисилева за то, что тот высказался как-то нелестно по телевизору о ельцинском опричнике. В отместку Коржаков обозвал Кисилева публично «обыкновенным стукачем».

 

 

На следующую страницу

Copyright MyCorp © 2018
Бесплатный хостинг uCoz
Бесплатный хостинг uCoz